«Саша в плену уже 1680 дней. Наши мужья гниют там заживо», – жена военнопленного на Донбассе

Свої.City

26 вересня 2019 18:44 Коротко

«Саша в плену уже 1680 дней. Наши мужья гниют там заживо», – жена военнопленного на Донбассе

По данным СБУ, в плену у боевиков на Донбассе остаются 227 украинцев. Цифра неточная, потому что официальные украинские структуры не имеют доступа к оккупированной территории. Истории пленных спецназовцев Сергея Глондаря и Александра Коринькова рассказали в рамках серии «#Незабуті».

Серию создает Радио Донбасс.Реалии (проект Радио Свобода) и Центр гражданских свобод. Проект посвящен гражданским заложникам и военнопленным, которых удерживают на территории арт-фонда «Изоляция» в Донецке.

Свои.City рассказывают основное из материала о Сергее Глондаре и Александре Коринькове.

Как попали к боевикам

Военные попали в плен под Дебальцево почти пять лет назад. Они были в одной из групп, которая обеспечивала «дорогу жизни» и сопровождала колонну с ранеными и убитыми военнослужащими Вооруженных сил Украины.

«Мы не видели бой, но слышали его. Командование поставило моей группе задачу выдвигаться, чтобы отбить наших и вывезти их. На машинах спецназа тогда были GPS-маячки, поэтому у нас были точные координаты. Когда подошли ближе, то попали в засаду. Пришлось отходить – трое из моей группы получили ранения, один был тяжелый. Выжили, потому что стояли густые туманы», – вспоминает участник событий.

Из группы в тот день в плен попали пятеро бойцов. Кроме Глондаря и Коринькова, боевики захватили Виталия Алексина, Алексея Сазонова и Виталия Кравца. Сазонов и Кравец вернулись домой через 50 дней: в апреле того же года их освободили с помощью волонтеров и ветеранов войны в Афганистане. Солдат Алексин сбежал от боевиков во время работ по расчистке обвалов донецкого аэропорта.

Когда муж попал в плен, узнала, что беременна

Жена спецназовца Сергея Глондаря Екатерина последний раз говорила с мужем летом 2016 года. Письмо от него получала больше года назад. Связи с ним нет, как и новостей, о том, когда вернется домой.

В день, когда муж попал в плен, Екатерина узнала, что второй раз беременна. За время плена Сергея отвела младшую дочь в детский сад, а старшую – в первый класс школы.

Рассказываю дочерям, что папа военный, и он в плену. Старшая понимает, младшая никак не может понять, почему у других детей папа дома живет, а у нее – нет

По мнению Екатерины, официальные ведомства не слишком озабочены судьбой ее мужа – лишь разводят руками, мол, ждите, мы делаем все возможное.

Медовый месяц «по разные стороны линии разграничения»

Жена Александра Коринькова Юлия вместе с родственниками других военнопленных ходит на уличные акции и пишет десятки обращений, но признается, что «самой в четырех стенах ждать неистово тяжело».

О плене Юлия узнала по телефону от самого Александра, которому разрешили набрать ее. Пара обручилась за несколько недель до боя под Дебальцево. Уже почти пять лет Юлия с грустью говорит, что у них с мужем до сих пор продолжается медовый месяц, «но, к сожалению, он по разные стороны линии разграничения».

Александр Кориньков на видео российского канала «ТВ Центр»radiosvoboda.org

«Говорят, ко всему привыкаешь, и время лечит, но это на самом деле не так: я не привыкла, время меня не лечит. Саша в плену уже 1680 дней. За это время у него даже не было возможности проводить в последний путь отца и бабушку», – констатирует Юлия.

Я никогда и никому не прощу, что моего мужа столько раз вносили в список на обмен, а затем вычеркивали. Наши мужчины гниют там заживо, но разве это кого-то волнует, кроме родных и друзей?

Глава правления Центра гражданских свобод Александра Матвийчук отмечает, что оккупированные Россией Крым и Донбасс – далеко не единственные «серые зоны», где массово нарушают права человека. Поэтому нужно бороться за внимание международного сообщества к пленным в ОРДЛО: проводить акции в разных странах и четко артикулировать требование к России освободить людей, которых она незаконно удерживает.

Говорити правду. Історія колишнього полоненого «ДНР» з книжки Єлізавети Гончарової «(Не)воля»