Зміни, яких потребує українське військо
Ефим Звягильский просил журналистов это не публиковать. Полное интервью вышло после его смерти
Народный депутат Украины восьми созывов из Донецка Ефим Звягильский умер от осложнений коронавируса на 88-м году жизни. 9 ноября посмертно вышло дополненное интервью бывшего руководителя шахты имени Засядько на LB.ua. Мы собрали самые интересные и ранее неопубликованные мысли Ефима Звягильского - о жизни до депутатства, ситуации в Донецке в 2014-м году и другом.
Слишком много рассказал
Редактор LB.ua Соня Кошкина написала в предисловии к полному тексту:
"Через пару дней после интервью Ефим Леонидович мне позвонил. "Знаешь, - говорит, - давай сейчас не будем текст наш печатать. Что-то слишком много я тебе рассказал". "В смысле не будем?! Нет-нет, мы так не договаривались! А как же: "напиши все. Все-все, не перекручивая"? - взвилась в ответ. "Ну, разве вот ту часть первую, где про выборы и про шахту еще немножко, а остальное давай потом". "Потом это когда? Что вы говорите такое?" - настроена я была воинственно. "Потом, это значит попозже, - философски протянул Звягильский. - Я же не молодой человек, да. Время быстро летит. А запись-то у тебя останется. Вот, потом и напечатаешь".
Редакция опубликовала интервью в усеченном варианте. А полный текст появился на сайте после смерти Звягильского. Вот фрагменты, которые ранее не публиковались.
О “двойном гражданстве”
Да, я прожил в Израиле два года и четыре месяца. На этот период мне дали карточки специальную – вроде вида на жительство. Но вид на жительство и гражданство – это не одно и тоже. И как только стало понятно, что я возвращаюсь (в Украину - Свои), в тот же день я эту карточку сдал. Если честно сказать, я в Израиле не жил – мучился. Скучал очень по Донецку, по шахте. Тяжело это было.
О жизни до политики
Я долго живу, и что мне дала моя долгая жизнь, так это уважение и любовь к людям. Это – самое главное. Все свои годы я очень много делал для людей. Раньше как бывало: если кто на поселке – бригадир там или мастер, словом, уважаемый человек - зарежет какую скотину, все за столом собирались. И я, директор шахты, тоже мог прийти, сесть вместе с ними, съесть кусок кровянки, стакан водки выпить. И это – жизнь, понимаешь. А в Верховный Совет я и не собирался вовсе. Когда все только началось…
О схеме по продаже алюминия
Звонит мне Алик Грек (бывший президент ФК "Шахтер", создатель крупнейшей в Украине финансово-промышленной группы и криминальный авторитет - Свои). Встретиться, говорит, надо. Давай, я ж не против. Меня машина забирает, привозит к нему домой. Захожу. Стол накрыт. Сидит Алик. "Так и так, говорит, ты, кажется, нашел хорошую схему. Поделись, расскажи, мы тоже бизнес будем делать". Ну, что мне скрывать – я все рассказал, как было. "А мы можем так же заработать?" - спрашивает. "Дай мне сутки, - говорю, - узнаю". Связался с другом-евреем Сашей в Лондоне, он повторяет: "Никаких проблем, были бы деньги". Ну, я передал это Алику, и они решили попробовать.
Проходит, значит, какое-то время, мне приносят 800 тысяч долларов. Вроде как доля моя. Ну, я человек прямолинейный – послал в довольно грубой форме. Потому что не мои эти деньги, я ж ничего вообще не делал. Меня спросили, что да как, я рассказал, а делать ничего не делал. Словом, отправил я их. Ну, тогда они все деньги между собой и поделили. Насколько я знаю, это был первый раз, когда, в том числе, Ринат (Ахметов) заработал очень крупную сумму сразу.
Ринат Ахметов и Ефим Звягильский
О мэре Донецка в 2014-м году
В какой-то день Стрелков (боевик Игорь Гиркин - Свои) вызвал Лукьянченко (Александр Лукьянченко - мэр Донецка). Говорит ему: "Ты должен перейти на сторону ДНР". Ну, Лукьянченко это, понятно, не устраивает, он дипломатично так: "Дайте, мол, подумать, сутки хотя бы, я так сразу не готов". "Хорошо, сутки даю, - кивает Стрелков, - а если не согласишься, я тебя, по законам военного времени, просто расстреляю". Лукьянченко ко мне – "что делать?". "Ноги уносить, - говорю, - с ними шутки плохи, собирайся и уходи". Самому тоже, думаю, надо уходить. Слишком близко подступили.
Ефим Звягильский
Об отношении к Януковичу
- Пытался ли Янукович выйти на вас сейчас, уже после бегства?
- Нет.
- А если бы позвонил, что бы вы ему сказали?
- Послал бы. Очень далеко.


