Истории

Дом там, где работа: семья торакального хирурга выехала из Донецка и сменила три города

Инесса КУРИННАЯ, журналист
05.03.2019 18:18
Дмитрий Длугоканский без малого 30 лет своей жизни посвятил торакальной хирургии — операциям на легких и грудной клетке. Потом из-за войны его семье пришлось бросить все и искать новый дом. Жили в Киеве и Днепре, но осели в последствии в Харькове. О череде переездов, обустройстве в новых городах и месте Донецка в будущем семьи Длугоканских, мы и поговорили с Дмитрием.

Донецкое прошлое

С 90-х Дмитрий работал в Донецке в областной больнице им. Калинина. В 2000-х был вынужден пойти в фармацевтическую дистрибуцию, которая впоследствии стала основным источником доходов и налаженным семейным бизнесом. Но хирургию не забрасывал — брал ночные дежурства, а в 2009-м возвратился в больницу на постоянную работу.

А потом пришла весна 2014-го. В больнице обстановка накалялась, часть ее была передана под «первый военный госпиталь». В начале июня семью Длугоканских вызвали на беседу в захваченную облгосадминистрацию на предмет «недостаточно лояльного отношения к народным властям». После этого Дмитрий с женой приняли решение покинуть город, в котором пришлось оставить жилье, стабильную работу и успешную карьеру.

Столичный этап

В Киеве у пары не было ни близких, ни знакомых, поэтому адаптировались и обживались, как могли. Жили на съемной квартире, устраивали детей в сад и школу —  девочкам на момент выезда из Донецка было 3 и 11 лет — и, конечно, много работали.

Проблем с трудоустройством на тот момент у семьи Длугоканских не было — просто сменили географию, переехали с регионального филиала фармацевтической компании, в которой работала и жена Дмитрия, в центральный офис.

Дмитрий с дочерью после переезда в Киев

— В Киеве с хирургией я практически не пересекался. В первую очередь потому что надеялся на скорое окончание всего этого сюрреализма и возвращение домой, — вспоминает Дмитрий.

В донецкой клинике он до осени оформлял все свои неиспользованные отпуска. Затем пришел черед отпуска по уходу за ребенком до 6 лет. А через полтора года его таки уволили по статье «прогулы», но по КЗоТ Украины. Спустя несколько месяцев Дмитрию удалось вывезти из Донецка свою трудовую книжку и прочие квалификационные документы.

Мистические полтора года

Прожив полтора года в столице, супруга Дмитрия получила заманчивое предложение по работе от крупной фармацевтической компании.  Но с условием переезда.

У нас все по полтора года. Из Киева мы переехали на полтора года в Днепр. Жене предложили возглавить розничную аптечную сеть, а я нашел себе работу в области хирургии, но не торакальной.

В Днепре Дмитрий работал хирургом амбулаторного приема в медсанчасти на крупном промышленном предприятии. По совместительству занимался копирайтерской работой на медицинскую и фармацевтическую тематику.

Днепропетровский этап жизни

— Снова съемное жилье, никаких знакомых и родственников. И только полная семейная поддержка друг друга помогла нам пройти и через это испытание. Дом в Днепре получился также очень уютным, — вспоминает Дмитрий.

«Я восстановил историческую справедливость»

Спустя мистические полтора года перед семьей Длугоканских возникла дилемма очередного переезда. Предложения поступили из Беларуси и Харькова.

— Беларусь была очень заманчивой в плане перспектив трудоустройства: по специальности и для меня, и для жены. Но переезжать в заповедник совка мне не очень хотелось. А затем совместные размышления и ряд сопутствующих случайностей привели нас в Харьков.

В этот переезд на новое место жительства был поэтапным: еще несколько месяцев Дмитрий жил в Днепре, а его жена обживала новый дом.

— Потом мы наконец-то собрались все вместе. Харьков как-то сразу произвел очень благоприятное впечатление. А когда дети отучились первый год в новой школе, у меня исчезли всякие мысли о каких-то следующих перемещениях.

Харьков принял их семью как свою

По словам Дмитрия, переезды не приводили к каким-то кардинальным переменам.

— Уровень переселенческой жизни, ее суть, да и отношение к вынужденным мигрантам практически везде идентичное. Но путем несложных расчетов стало понятно, что за неполных пять лет мы просто «проарендовали» среднестатистическую квартиру. Да и для детей смена школ, коллективов, круга общения — не лучший выбор. Вот так и решили, что будем мы, наверное, продолжать строить свой островок стабильности в Харькове.

Через полтора года семья Длугоканских вновь переехала, но уже не в арендованное жилье, а в собственное.

— Так в новом году мы и стали харьковчанами. В энциклопедии Брокгауза и Ефрона сказано, что город Славянск, в котором прошло мое детство, относился к Харьковской губернии. Видимо, какая-то слобожанская частичка меня стремилась домой. Я восстановил историческую справедливость, —  шутит Дмитрий.

В Донецк возвращаться не планируют

В будущем в планах этой семьи Донецку уже места нет. Даже когда там все образуется. И на это у Дмитрия есть свои «отцовские» основания:

— Дело даже не во мне, а в детях, которые росли в абсолютно другой среде. И возвращать их в то, что сформировано в Донецке за эти пять лет, у меня нет никакого желания. Средняя дочь вскоре заканчивает школу и надо думать о дальнейшем образовании. Я не представляю ее в Донецке. Младшая же дочь всячески была ограждена от донецкой проблемы, и я не думаю, что такие знания ей нужны.

Из сугубо рациональных побуждений Дмитрию пришлось сместить и профессиональные приоритеты:

— Жалко тридцати лет практической хирургии, но начинать карьеру оперирующего специалиста на новом месте фактически невозможно. Поэтому сейчас основные усилия перенаправил на бизнес вокруг медицинского оборудования.

Дмитрий не склонен верить, что Харьков больше, чем прочие города, рискует повторить участь Донецка и Луганска.

— Подобное разделение существует практически по всей стране. И в Киеве, и в Днепре, и в Запорожье много людей не принимающих Украину. Сейчас, волею судеб, жена работает в командировочном режиме, большую часть времени проводит в Черновцах. Старшая дочь после выезда из Донецка много времени провела в Ивано-Франковске, кумовья последний год разрываются между Киевом и Львовом. От Харькова это более тысячи километров, но и там тоже достаточно людей с полярными взглядами, хотя у них нет общих границ с нашим северо-восточным соседом.

Человек ищет, где лучше — и это нормально. Главное не терять чувство реальности в этих поисках и быть искренним

Говорит, что за последние пять лет пришел к мысли, что основа любой стабильности выстраивается на трех китах: семья, дом, родина. Там, где это есть, появляется и работа, и здоровье, и цель, и уверенность.

— Хочется, чтобы Украина наконец-то стала реально единой страной, в которой правит единый для всех закон, единые для всех правила, существует единая цель. Очень жаль упущенного времени, но начинать никогда не поздно. Тем более после такой школы жизни.