Монологи

"Мне пришлось вырывать себя с корнями, с болью и кровью": принципы профессора Игоря Тодорова

Александрина КРУГЛЕНКО
02.10.2018 19:53
Дончанин Игорь Тодоров - сегодня профессор Ужгородского национального университета. Адаптировался в Западной Украине, но возвращаться в Донецк не планирует. Свои.City он объяснил, почему.

Осенью 2014 года мы с женой уехали не только от страха. Обстрелы были, но человек привыкает ко всему, кроме того, что происходит в моральном плане. Видеть, как звереют на глазах давние знакомые, как меняют «цвет» и позиции, как готовы предать исключительно ради собственного блага – это выдержать невозможно. Мне пришлось вырывать себя с корнями, с болью и кровью.

Человеку с проукраинской позицией в Донецке лета 2014-го выживать было уже сложно

Я практически всю жизнь прожил в Донецке. Здесь происходило моё становление и взросление. Окончил первую школу и  Донецкий государственный университет. В моём родном университете прошёл путь от ассистента кафедры новой и новейшей истории до профессора кафедры международных отношений. И все это пришлось оставить.

…Вообще-то самое страшное – не вещи потерять, нажитое, какие-то материальные блага. Это обидно, досадно, но это не ранит душу. Самое ужасное – когда тебя предают те, с кем ты прожил много лет рядом, работал, дружил. Это ломает так, что сложно даже об этом думать. 


…Жаль было дома. Ведь понятие «дом» - это не только квартира, это окружение, атмосфера, утренние свистки паровозов на ДМЗ, заводские гудки в определённое время. Кафе на углу, чашка кофе в перерыве. Это ритуал прогулки с нашими собачками – всегда одним и тем же маршрутом, обустроенный быт…

Но и от этого нас излечили.

«Заботливая» соседка 

Мы уехали сразу после того, как началась оккупация. Оставаться там мне – человеку, который полжизни отдал евроинтеграции, сразу открыто и чётко выступил за единую Украину и даже не подверг сомнению свою проукраинскую позицию, было нельзя. Мне в Донецке могла быть одна дорога – «на подвал».

Но в 2014 году ещё была ситуация такова, что можно было забрать, к примеру, трудовые книжки. Это решила сделать моя жена – она особо не светилась, её не слишком знали в определённых кругах. Она успела забрать мои и свои документы, буквально за несколько минут, как университет захватили. И пришла домой.

А дома – самый центр города - тихо, чисто, красиво – мы ремонт только сделали в 2013 году… Никуда не хочется ехать… И она начала задумываться: а может, остаться?.. Но я-то уже в Ужгороде. Перед выходом решила вынести мусор из квартиры. И тут ей встретилась соседка, с которой много лет жили бок о бок.

- А чего это вы здесь? Ваш муж по телевизору вещает о единой Украине! Я сейчас же иду звонить куда следует!

И вот тут, сначала моя жена, а потом мы уже вместе, поняли, что Донецка, в котором мы жили, - больше нет. Он умер.

Создать жизнь заново  

Психологически мне даже перестраиваться не пришлось – я просто переехал из города в город и поменял место работы. У меня были друзья, которые позвали и помогли в Закарпатье. Для нас естественным было сразу полностью перейти на украинский язык – мы же прибыли в украиноговорящий регион. Кстати, я  в Донецке с 2000 года преподавал исключительно на украинском.  Проблем с интеграцией в закарпатское сообщество не было.

За прошедшие четыре года, с одной стороны, принципиальных изменений не произошло: с  1 сентября 2014 года и до сих пор работаю профессором Ужгородского национального университета.

С другой, изменилось название моей кафедры: вместо страноведения теперь она - международных исследований и общественных коммуникаций, реорганизован факультет: вместо факультета международной политики, менеджмента и бизнеса - факультет истории и международных отношений.

Учитывая мой бэкграунд «профессионального евроинтегатора», инициировал создание в Ужгороде двух центров - международной безопасности и евроатлантической интеграции и Информационного центра Европейского Союза, Кстати, в Донецком национальном университете имел отношение к открытию и функционированию центра евроатлантического сотрудничества и информационного центра ЕС... 

В 2017 назначен председателем специализированного ученого совета в Ужгороде по защите кандидатских и докторских диссертаций по историческим наукам. Продолжаю сотрудничать с almamater - Донецким национальным университетом имени Василия Стуса, который сейчас в Виннице. Три года был совместителем, а теперь председатель государственной экзаменационной комиссии у международников.

 Со страницы Тодорова в Фейсбуке

На самом деле, для счастья нужно совсем немного

Я поставил перед собой самую простую задачу: жить и работать. 
В 2016 был избран на 5 лет на лучшую должность в университете - профессора кафедры. На общественных началах возглавляю упомянутые центры в Ужгородском университете. Кроме того, остался заместителем председателя Координационного совета общественной лиги «Украина-НАТО», членом правления Украинской ассоциации европейских студий. Активно сотрудничаю с Международным Фондом «Возрождение», с 2017 г. член правления Инициативного центра содействия активности и развития гражданского почина «Единение». В профессиональном плане я, пожалуй, даже вырос, и возможностей появилось больше.

Смог бы я вернуться туда, в Донецк? И понимаю – это всего лишь теория. Или вообще фантастика. По крайней мере – пока.


Ну а в моральном плане сделал для себя переоценку ценностей, и оказалось, что на самом деле человеку нужно совсем немного. Друзья, которые в беде подставят плечо, – они у нас есть. Дети недалеко – дочери живут в Евросоюзе.

Мы просто стали к ним ближе и теперь имеем возможность видеться чаще: что тут до той Европы, если граница в полутора километрах от нашего дома? Работа – я занимаюсь тем же, что и в Донецке – международными отношениями, евроинтеграцией. Просто теперь это более осознанный мною процесс и более жёсткая позиция.

Мы успели продать нашу дачу в Крыму, уже после аннексии, на последнем выдохе, как говорится, и теперь у нас есть жильё. Квартира – однокомнатная, маленькая, но уютная и светлая – нам с женой хватает. И наши животные – два шпица - с нами, появился новый маршрут ежедневных прогулок.

Мы душевно спокойны. Хотя, конечно, блок в душе стоит – что мы имеем в виду, поймёт каждый, кто из Донбасса: там, в дальних отсеках памяти, остались боль и тяжесть происшедшего. С этим надо жить, но этому нельзя дать тебя сломать.

Смириться с изменениями, вызванными российской агрессией, вынужденным выездом из Донецка - невозможно! Но ведь жизнь продолжается. Трагедийность ситуации зависит от субъективности восприятия. Лично я стараюсь видеть в изменениях новые возможности! И ведь они нашлись! Они есть!